— Я теперь в свободном полете, — с горечью заметил Коннор. — Из «Кейва» меня изгнали, как тебе известно.

— Или ты немедленно свяжешься с Ником, или я дам ему твой новый номер! — пригрозил ему брат.

— Не вздумай! — прошипел Коннор.

— А ты меня не вынуждай, — огрызнулся Дэви.

— Вот выкину телефон в мусорный бак, пусть тогда дозванивается хоть целую вечность до местных крыс. Повторяю: оставь меня в покое.

— Меня мутит от твоего наплевательского отношения к жизни! — взорвался Дэви. — Когда ты наконец возьмешься за ум?

— Прекрати помыкать мной, займись лучше своими проблемами, — бесстрастно ответил Коннор.

Дэви надолго умолк, очевидно, надеясь, что в Конноре проснется совесть. Но тот знал все уловки брата и не проронил ни слова.

— Ник хочет о чем-то поговорить с тобой, — невозмутимо возобновил прерванный разговор Дэви. — Он утверждает, что дело очень серьезное.

В этот момент в спальне серого особняка через дорогу погасли окна. Коннор стал настраивать свой фотоаппарат. Проклятый телепат Дэви вкрадчиво поинтересовался:

— Ты уже снял приключения нашей птички?

— Ты мешаешь мне работать, — пробурчал Коннор. — Тифф с минуты на минуту должна выпорхнуть из своего гнездышка.

— У тебя уже есть планы на остаток вечера? Если нет, тогда приезжай ко мне, — продолжал хитрый Дэви. — Угощу тебя бифштексом и пивом.

— Я не голоден, — солгал Коннор, и в животе у него тотчас же раздалось протестующее урчание.

— Не вешай мне лапшу на уши! Эту песню я слышу от тебя вот уже второй год. Разве можно экономить на питании?

Ты похудел на добрых двадцать пять фунтов и скоро окончательно загубишь свой желудок. Заканчивай работу и подгребай в мою берлогу. Тебе непременно надо поесть.

В ответ Коннор тяжело засопел: невозможно переспорить человека, если у него медный лоб!

— У Ника имеются важные новости о Новаке, — выложил свой последний аргумент Дэви.