Молодой наследник, заново познакомившись с миром, старался сосредоточить силы и внимание на восстановлении Уорфилда, укреплении его мощи. Пока у него не было ни времени, ни средств на долговременную осаду замка Ги. Но когда-нибудь придет час, он займется этим бандитом с большой дороги, и тогда песенка Ги спета.

Мать Роуз ушла с вечерней молитвы, чтобы собрать людей, работающих в монастыре. Отправив одного из лучших охотников на разведку, она беспокойно ожидала его возвращения. Случаи ложной тревоги уже были, но опасность обходила стороной их тихую обитель, поэтому сейчас настоятельница молилась, чтобы тревога вновь оказалась ложной. Однако лицо женщины оставалось спокойным и безмятежным, когда она сидела, левой рукой перебирая четки, а правой придерживая младенца, мирно посапывающего на ее коленях.

Молитва давно закончилась, когда наблюдатель на стене предупредил о приближении отряда. В голосе слуги не чувствовалось страха, лишь настороженность. Роуз передала спящего ребенка монахине и неторопливо направилась к воротам. У главного входа стоял рыцарь, за которым угрюмо наблюдали вооруженный управляющий монастыря и его слуги.

На доспехах воина сверкал серебряный сокол, и настоятельница поняла, что перед ней предводитель попавших в ловушку всадников. Лицо покрывала золотистая щетина, словно рыцарь неделю не слезал с седла, однако держался он прямо, не выказывая усталости.

Увидев настоятельницу, рыцарь приблизился и почтительно поклонился.

- Я Адриан из Уорфилда. Недалеко отсюда мы попали в засаду, и я прошу помощи и содействия от монастыря Ламборн и его обитателей.

- Я слышала о вас, Адриан из Уорфилда. У вас репутация человека, уважающего церковь, - настоятельница наклонила голову. - Все божьи люди наши гости.

Женщина с любопытством разглядывала мужчину. Он совсем не был похож на искушенного в боевом искусстве воина, славившегося своей бешеной яростью.