— Ой-ой-ой! Больно!

— Терпи. Я спрашиваю о собаке. Это, наверное, миттельшнауцер. Они охотятся на крыс.

Порода специально для этого выведена. Так вы его знаете, миссис?

— Колби. Миссис Колби. Нет, не знаю.

— Тогда надо делать уколы.

— Не надо! Я боюсь! А Терри я знаю. Это собака соседа напротив…

— Мэри, деточка, потерпи. Лучше сделать уколы. А на Терри мы подадим в суд…

Наконец рука девочки перевязана, укол сделан, а крыса Роза тихо испустила свой последний вздох.

— Я похороню ее в палисаднике. Можно, мамочка? — тихо прошептала Мэри.

Шерилл машинально открывает ящик стола.

В нем ее сменщица и совладелица ветлечебницы, доктор Гилби, держит коробку с туфлями.

Шерилл вынимает туфли. Потом подходит к крысе и опускает труп в коробку.

— Мне очень жаль… — тихо произносит она. — Рана была несовместима с жизнью.

— Спасибо, док, вы помогли Мэри, — говорит миссис Колби, обращаясь к Шерилл.

— Обязательно покажите дочку врачу, — советует Шерилл. — Я же ветврач. Лечу животных, а не людей. Я оказала только экстренную помощь.

— Да-да. Несомненно. Спасибо вам. — Мать с дочкой выходят из кабинета. — Не плачь! Я куплю тебе еще одну крысу, — слышит Шерилл фразу, уже адресованную Мэри.

С той маленькой девочкой, потерявшей черепаху, поступили по-другому. Интересно, чей метод лучше? — думает Шерилл, но размышления прерываются новым посетителем.

В кабинет входят ризеншнауцер с хозяином.

— Привет, Викки. Дай лапу! Ну не упрямься. Нет, не эту! Дай правую. Молодец! Викки — умная собака, — хвалит Шерилл ризеншнауцера.

У Викки плановый осмотр. Неделю назад Шерилл купировала ей уши. Хозяин не захотел отступать от стандартов породы. Шерилл такую позицию одобряла, хотя теперь многие владельцы собак жалеют своих питомцев и растят их лопоухими. Дескать, мы зеленые. Шерилл таких хозяев не любила. Породы собак выведены искусственно, и распространение на них теории защиты природы выглядит слишком нарочитым, считала она. Скорее всего, люди хотят оправдать свою лень. Но мистер Дерби пунктуален. Выполняет все, что положено.