— Так вы могли бы показать мне дом? — спросил незнакомец.

— Да, конечно. Завтрашнее утро вас устроит? Скажем, в одиннадцать?

Клэр небрежным жестом вытащила ежедневник и ручку, скрывая радость оттого, что, возможно, продаст этот особняк. И усмехнулась в душе: ей легко изображать холодность, ведь она светловолосая, белокожая, даже глаза у нее холодные, бледно-голубые. Настоящая льдинка…

— Завтра я буду занят весь день. Может быть, сейчас? — спросил черноволосый мужчина в темном пальто.

В мозгу у Клэр прозвучал предупредительный сигнал.

— Мне жаль, но это невозможно, — с вежливой улыбкой возразила она.

Несколько лет назад отец раз и навсегда внушил Клэр, что ей небезопасно одной сопровождать незнакомых клиентов-мужчин в пустые дома, и обычно устраивал так, чтобы с ней был кто-то из агентства. Теперь, когда отец почти отошел от дел, она чаще всего отправлялась на осмотры помещений под охраной брата Робина. Робину было всего девятнадцать, он обучался в местном колледже менеджменту, но увлекался гимнастикой, играл в регби и поэтому обладал мощной фигурой атлета. Рядом с Робином Клэр чувствовала себя в безопасности.

— Почему же невозможно?

Задетая грубоватым тоном мужчины, Клэр озлобилась.

— Мы работаем с девяти до полшестого, мистер…

— Блэк, — подсказал он низким, чуть хрипловатым голосом. — Дэнзил Блэк. А ваш менеджер здесь?

— Я менеджер. — Встретив его недоверчивый взгляд, Клэр холодно добавила: — Это мое агентство.

— Но на вывеске указано, что агентство принадлежит Джорджу Саммеру.

— Джордж Саммер — мой отец. Он отошел от дел, и фирмой управляю я.

— Понятно. — Незнакомец не сводил с нее сверкавших в полутьме глаз. — Что ж, мисс Саммер… или вы замужем?

Девушка колебалась, чувствуя необъяснимое, наверное, инстинктом диктуемое нежелание говорить свое имя незнакомцу. Что-то было в нем, вселявшее в Клэр тревогу. Внезапно она захотела избавиться от этого мужчины как можно скорей. Но все же бросила: