— Я все равно не понимаю, к чему вы клоните. В любом случае, папина наследница — я? Почему же этот дом мне не принадлежит?

— Потому что, видя, что ваши тетки по-прежнему воспринимают его в штыки, ваш отец завещал этот дом своей двоюродной сестре.

— Тогда почему мы в нем жили?!

— Потому что сестра умерла.

Лиза снова схватилась за бокал с кока-колой. Барабанщик в голове ожил и сыграл тревожно-нахальную дробь.

— Мистер Карч, вы издеваетесь надо мной, не так ли?

— Всего лишь пытаюсь объяснить происходящее. Итак. Ваш отец выкупает этот дом и отдает его в пожизненное пользование вашим теткам. После их смерти, согласно завещанию вашего отца, дом должен перейти его двоюродной сестре, но она умирает за полгода до гибели ваших родителей.

— И дом переходит ко мне!

— Нет, не к вам. К наследникам умершей сестры.

— Так у нее были дети? И у меня есть братья и сестры?

Мистер Карч вздохнул и потупился.

— Должен вам признаться, мисс Кудроу, что, хотя вы лично мне глубоко несимпатичны, я все же ВАШ поверенный, а потому всегда стоял на стаже ваших интересов. После смерти вашей тетки по отцу я посылал множество запросов насчет возможных наследников. Да, у Маргарет Кудроу была дочь. Незаконнорожденная дочь, Шейла Кудроу. Однако мать отказалась от нее, и девочка воспитывалась в приюте.

— Моя сестра! Моя троюродная сестра! Что за дикость — незаконнорожденная! Мы же не в восемнадцатом веке!

— И тем не менее. В Джорджии на такие вещи до сих пор смотрят косо.

— Короче говоря, у меня есть сестра, и этот дом принадлежит ей! Отлично. Я очень рада, и не смотрите на меня с таким недоумением. Я не из Джорджии, я всю жизнь мечтала о сестре и я…

— Она умерла.

Лиза со стуком поставила стакан на стол и всплеснула руками в бессильном гневе.

— Мистер Карч! И вы еще удивляетесь, что я никогда не дослушивала вас до конца?! Это же нереально!