— Я не… — начала Дебби, но было слишком поздно.

Он довольно резко привлек ее к себе и крепко сжал в объятиях. Она не ожидала от него подобной порывистости. Он всегда гордился, тем, что может контролировать свой пыл. Этот поцелуй был совсем иным — Дебора никогда не видела Чарлза столь охваченным страстью, столь алчущим ее. Целуя, он прижал ее к себе так сильно, что она могла слышать биение его сердца. Это еще больше возбудило Дебору.

Чарли на миг оторвался от ее губ.

— Дорогая, почему ты дрожишь?

— Это, наверное, глупо. Ведь так? — Она прижалась лбом к его плечу. В этот момент ей показалось, что не было их ссоры, не было долгой разлуки. И еще она поняла, что, скажи она про сына, иллюзия восстановившихся отношений тут же исчезнет.

Почему? — нежно допытывался Чарли. — Почему ты дрожишь?

Хитрый вопрос. Если сказать правду, он поймет, сколь она ранима. В этом случае Чарли сможет причинить ей еще большую боль, чем она испытывала до сих пор.

— Дорогая! — Он был нежен, но настойчив.

— Просто прошло так много времени с тех пор… — нашлась она, быстро закрывая глаза.

— С тех пор, как что?

С тех пор, как я… обнималась с мужчиной.

И сколько времени прошло? — резко спросил Чарлз.

Этого не было, ну… с той новогодней ночи.

С ночи, когда был зачат их сын.

Последовала долгая пауза. Когда Честерфилд наконец заговорил, его голос прозвучал неожиданно грустно.

— Я тоже.

Услышь это Дебора в другой ситуации, она бы расхохоталась, однако сейчас его слова

произвели обратный эффект. Ей стало еще хуже.

Чарли вновь поцеловал ее, и она, не задумываясь, ответила на поцелуй, гадая, когда сможет набраться сил и рассказать про сына.

Дебора отстранилась, чтобы свободно отдохнуть, но далось это ей с трудом, поскольку она мечтала лишь о продолжении поцелуя. И ей нравился этот новый, безумный, страстный Чарлза. Складывалось впечатление, что это первый поцелуй в ее жизни.