Я остановилась в коридоре, на половину заполненном женщинами. Если я вернусь к нему и скажу, что я не хочу пока ни с кем спать? То есть… Хочу, но не нашла.

Я стояла и слушала, как сердце бьется и бьется об грудь с маленькой, не опасной мастопатией. Совсем маленькой… И что…

Он скажет: Я могу вам чем-то помочь?

Я скажу: Да. Вы можете…

Наверно, он усмехнется. Я бы усмехнулась. Когда свело горло, я повела шеей. Это началось с год назад. Наверно, стоило сходить к врачу. И он тоже скажет…

Он скажет: Чтобы глотку не сводило…

Сжав кулаки, я продолжила делать шаги к выходу. Еще два тяжелых шага, стук-стук-стук. Еще несколько отдающихся в висках шагов. Ладони сжаты в кулаки.

Тогда мне было страшно. Потому что я не хотела ни с кем спать. Я не хотела начинать какие-то отношения с парнем, которого не люблю. Который априори не достоин трахнуть меня.

Это гормоны. Я ведь могу с этим справиться сама? Ведь не обязательно нужен мужчина, чтобы вплеснуть мне в кровь чуточку прогестерона? Вплескивать регулярно…

2

В институтской библиотеке я сидела за казенным компьютером и пыталась найти выход. Простой и доступный мне выход без вмешательства кого-то со стороны.

— Я пошла, до завтра. — Послышался уставший женский голос за спиной.

В электронной аптеке нашла лекарства от «маленькой» мастопатии и смотрела на цены. Читала. Смотрела на цены… Снова читала.

— Эй, урод, есть дело. — Прозвучал низкий мужской голос за спиной.

Если я буду тратить столько на лекарства, которые мне не прописали… Возможно, я зря паникую? Не всегда же я буду одна. Она сама может рассосаться.

— Кусок. — Ответил высокий и резкий мужской голос за спиной.

У меня есть средства к существованию. Бабушка кладет на книжку арендную плату за квартиру в Самаре. Они с дедом живут в деревне. Но нужно будет взять еще больше работы. Устроится в офис.