С Греем впервые в жизни творились столь странные вещи. Он в замешательстве переводил взгляд с неподвижной Матильды на разговорчивую Мод и представлял себе, как на лужайку перед домом выплывает чиппендейловский гарнитур их матушки. Пытаясь скрыть улыбку, барон кивнул:

— С большим удовольствием, милые леди. Могу ли я также предложить свое содействие по восстановлению разрушенной усадьбы? Я мог бы послать в «Крылатые камни» людей, чтобы отстроить все заново.

— Нет, — отрезала Матильда.

— Видите ли, милорд… — Мод подалась вперед и вдруг замолкла в нерешительности. Только тут Грей впервые обратил внимание на то, что светло-зеленые глаза старушки очень напоминают глаза его матери, а значит — и его собственные.

Тем временем Мод переглянулась с Матильдой и откашлялась.

— Наши доверенные лица уже вовсю занимаются стройкой, и мы не сомневаемся, что они быстро справятся с работой. Мы совершенно спокойны на этот счет.

— Понимаю, — пробормотал Грей и отхлебнул свой чай, уже давно успевший остыть. — Ну что ж, вы в любом случае будете у меня желанными гостьями.

— Алиса… — начала Матильда и тут же остановилась.

— Моя мать? — не понял Грей.

— Ах, ну конечно, ваша дражайшая матушка, — пояснила Мод. — Она была такой милой малышкой. Мы так тосковали по ней, когда она вышла замуж за вашего отца, хотя все это происходило так давно, что мы и сами не можем сказать точно, отчего именно тосковали в то время. Но, да будет вам известно, ваш отец увез ее сразу же после свадьбы, и потом мы почти не видели ее до самого вашего рождения. Подумать только, когда мы в последний раз встречались с вами, вы были совсем маленьким мальчиком. Но и теперь мы тоскуем по вашей милой матушке всякий раз, когда вспоминаем о ней.