– Бог мой! – воскликнула Гризелда, обмахиваясь веером. – Они смотрятся, как самая настоящая пара. Черное на фоне черного… Имоджин, несомненно, была права насчет эстетической стороны выбора Ардмора в партнеры.
– Ничего из этого не выйдет, – заверила ее Аннабел. – Имоджин просто хвасталась. Я уверена в этом.
Но слова застряли у нее в горле, когда Имоджин закинула руку графу на шею и принялась поглаживать его волосы в возмутительно интимной манере.
– Она хочет скандала, – скучающим тоном молвила Гризелда. – Бедняжка. Некоторые вдовы действительно проходят через подобную неприятность.
Из ее уст это прозвучало так, словно Имоджин вот-вот схватит мерзкую простуду.
– И вы тоже? – поинтересовалась Аннабел.
– Слава Богу, нет, – ответила Гризелда, слегка вздрогнув. – Но я искренне считаю, что чувства Имоджин к лорду Мейтленду были глубже, нежели мои к лорду Уиллоби. Хотя, – прибавила она, – я, естественно, питала к своему мужу все надлежащие чувства.
Имоджин улыбалась, глядя на Ардмора, – веки ее были полуопущены, словно… Ну и ну! Аннабел отвернулась.
Что Имоджин хотела, то Имоджин получала. Она много лет любила Дрейвена Мейтленда и не придавала никакого значения тому, что тот был помолвлен с другой женщиной. Как только Имоджин представился удобный случай, она каким-то образом умудрилась растянуть лодыжку, да так, что поправляться ей пришлось в семейном кругу Мейтлендов. То растяжение лодыжки оказалось необычайно удачным. Не успела Аннабел опомниться, как ее сестра уже сбежала с Дрейвеном Мейтлендом. В сущности, принимая во внимание силу духа Имод-жин, Аннабел склонялась к мысли, что Ардмору, возможно, придется искать себе невесту и добиваться ее руки в следующем сезоне.
– Вы не видели лорда Россетера? – осведомилась она у Гризелды.
Но Гризелда была заворожена – как и, несомненно, почти все респектабельные дамы в комнате – поведением Имоджин на танцевальной площадке.
Аннабел снова взглянула на сестру. Имоджин не могла бы более ясно дать понять свое намерение стать участницей скандальной любовной истории. Она цеплялась за Ардмора так, словно обратилась в плющ.