– Поздравляю, – обратился ко мне пожилой. – Было совершенно очевидно, что один из вас – знаменитый террорист Дин Донн, и ваше счастье, что это оказались не вы. Если не ошибаюсь, вы – последний уцелевший любитель эсперанто в мире.

– Где-то скрывается еще Лепаж-Ренуф, – возразил я…

Газеты раструбили по всему миру, что загадочный преступник Дин Донн наконец-то обезврежен. С особенным удовольствием муссировался тот факт, что Дином Донном оказалась женщина.

Я заперся у себя в бункере и долгое время провел за работой над "Точным словарем Масперо". Больше я ничем не мог заниматься. Наверное, я был первым драконом на свете, в полной мере достигшим цели. Правда, оставался еще Лепаж-Ренуф… Наконец, в один из погожих дней вспыхнул экран монитора, на котором замелькали строчки, написанные на эсперанто. Это мог быть только он. Оказывается, он купил островок в Атлантическом океане, на котором и жил все это время. Подробно описав этот клочок земли, он сообщал его координаты.

Я тут же сорвался с места: прилетел в Каракас, от побережья Венесуэлы пустился вплавь на нанятом катере и вскорости достиг острова.

Вышедший на берег Лепаж-Ренуф проводил меня в предназначенное для гостей бунгало. Кроме него и двоих слуг на острове никого не оказалось. За истекшее время Лепаж-Ренуф практически не изменился: все те же седые космы, обрамляющие лысину, твердый взгляд, низкий, слегка сипящий голос.

– Где она? – были первые слова, с которыми я к нему обратился.

– Ее больше нет со мной, поэтому я и пригласил тебя на остров.

– Ах, вот как… Значит вы знали, что я ее сын?

– Разумеется. Она сама мне сказала об этом.

– А она… говорит на эсперанто?

В ожидании ответа я весь напрягся. Он отрицательно замотал головой, и я с облегчением вздохнул.

– Где она сейчас?