– Эй! – воскликнул Гейб, отшатываясь назад. Он посмотрел на смутившуюся Кассандру, но девочка улыбнулась, протянула к нему ручки и сказала:

– Ва-ва!

Вне себя от ярости, ошеломленный, Гейб молча смотрел на Кассандру.

Та, нагнувшись, подобрала пустышку и обратилась к диспетчеру:

– Мистер Байрон, вы не могли бы оставить нас наедине?

– Разумеется, – поднимаясь, ответил Чарли Байрон. – Хотите, я возьму Кэнди?

Кассандра покачала головой и подождала, пока диспетчер выйдет и закроет за собой дверь.

– Вот почему мне так мешал шум по ночам, – сказала она, убирая грязную пустышку в сумку. – У меня есть дочь.

Кассандра молчала, ожидая ответа, но Гейб был настолько ошарашен, что не находил слов. Теперь понятны ее постоянные жалобы; он почувствовал себя мерзавцем за то, что не давал спать ребенку. Однако хуже всего то, что Кассандра, значит, решила взять девочку в Джорджию. В Джорджию! И познакомить с ней его мать, отца и бабушку!

– У нее это будет первое Рождество, и мне не хочется разлучаться с ней в такой праздник. К тому же я не могу навязать ее кому-либо на три недели. – Кассандра вздохнула. – Поэтому и решила взять ее с собой, – осторожно добавила она.

– Ясно, – сказал Гейб, падая в кресло и закрывая лицо руками.

Он просто понятия не имел, что сказать... что сделать. Нельзя везти в Джорджию эту женщину вместе с ребенком. Его отчаянная попытка спасти положение и не выглядеть лжецом перед родными провалилась.

– Послушайте, – заговорила Кассандра, начиная раздражаться. – Все не так плохо, как вам кажется. Кэнди – ребенок, а не ручная крыса. Передо мной был выбор. Отказаться от представившейся возможности – а я в очень затруднительном положении – или взять Кэнди с собой. Упускать такой шанс мне не хотелось, и вот я здесь. Теперь выбор за вами. Или вы берете нас вдвоем, или обеих оставляете. Но, помнится, – она остановилась, ища его взгляда, – вы никак не обуславливали свое предложение. Вы только велели мне приехать в аэропорт.