– На тот случай, если картины свяжут свои шнуры вместе и решат бежать? – Теплые глаза смеялись, но в их глубине просматривалась скрытая печаль.

Неожиданно мысль, что он тоже страдает от боли, стала ей невыносима, и она положила руку ему на плечо.

– Серьезно, Джерри. Что вас беспокоит? Помолвка Деллы?

Он посмотрел на Линду так, будто никогда раньше не видел.

– Почему? Думаешь, у меня могут появиться какие-то сомнения?

Линда вовремя остановила себя. Не должно было создаться впечатление, что у нее самой на этот счет могут быть какие-то сомнения. Она небрежно повела плечом.

– Делла еще очень молода.

– Ей двадцать три. – Он оценивающе посмотрел на нее. – Не намного моложе тебя, Линда.

Конечно, ссылка на возраст Деллы была неуклюжей уловкой. Она могла бы сразу догадаться, что Джеральд не купится на нее. Линда внимательно изучала небо, будто хотела запомнить расположение звезд на всю оставшуюся жизнь.

– Три года. Это существенно.

– Ты имеешь в виду, что тебя не баловали и не портили так, как Деллу?

– Я этого не говорила. – Она закусила губу и добавила сухо: – У меня нет никаких прав обсуждать вашу сестру.

– О, не извиняйся, я согласен. Делла еще совсем незрелая и наивная. Но она по-детски упрямо хочет добиться своего, и бессмысленно убеждать ее в чем-либо, так ведь, Линда? – Помолчав, он добавил: – Я не слышал, чтобы кто-нибудь называл тебя иначе как Линда.

Она замерла. Только Брайан, подумала она с горечью.

– Ты дрожишь. Пойдем в зал.

– Нет. – Линда покачала головой. – Я предпочитаю остаться здесь. – Где темно и никто не видит ее лица. – Мой отец звал меня Линни. – Она повернулась к Джеральду, сама удивившись своим словам. – Знаете, я совсем забыла об этом.

– Забыла? Разве можно забыть, как называл тебя отец?

– Я была совсем малышкой, когда он умер. – Линда задумалась. – И даже не уверена, было ли это на самом деле или я все помню из рассказов матери. Хотя мать не стала бы говорить о такой ерунде.