– Ну вот, теперь я еще и лгунья, – пробормотала Линда, закутываясь в шаль.

Джеральд усмехнулся и вышел из машины. Поймав ее удивленный взгляд, он твердо сказал:

– Я провожу тебя. Уже поздно.

Она чуть не сказала, что обычно возвращается с работы домой почти в это же время, но, посмотрев на темный вход в здание, подумала: я не хочу входить одна в свою квартиру, зная, что впереди долгая ночь и еще более длинный выходной день.

Голова немного кружилась. Может, Джеральд прав – она действительно выпила слишком много шампанского? Но разве три бокала могли вызвать такую реакцию? Если только… Линда неожиданно вспомнила, что не обедала и совсем не притронулась к закуске на вечеринке. Ничего удивительного, что на нее так подействовало шампанское.

Она позволила Джеральду забрать у нее ключ и, когда он открыл замок, нерешительно спросила:

– Не хотите выпить кофе?

Даже не глядя на Стронга, она почувствовала его удивление.

– Просто кофе. – Девушка глубоко вздохнула и постаралась не покраснеть. Ей не хотелось, чтобы он неправильно понял ее.

– Кофе не помешал бы, – спокойно ответил Джеральд, и Линда облегченно расслабилась.

Он оставался в комнате, пока она на кухне кипятила воду и сыпала кофе в чашки. Плохо, конечно, что кофе только растворимый, но она нашла крекеры, сыр и твердую салями и положила все это на блюдо. Насколько она знала, Джеральд тоже ничего не ел на вечеринке.

Когда она вошла с подносом в комнату, он разглядывал фотографии на камине.

– Семейные снимки?

Она покачала головой.

– В основном друзья.

– Вот почему я не вижу сходства. – Он коснулся рукой фотографии в позолоченной рамке, размером больше остальных. – За исключением вот этой.

Это был довольно расплывчатый снимок молодого человека в военной форме.

– Мой отец.

– Можно судить по подбородку, – с удовлетворением заметил Джеральд.

– Удивительно, что вы вообще заметили сходство. Это лучшее, что реставраторы могли сделать, учитывая, с чем им пришлось работать. – Она прочла в его глазах вопрос, и что-то заставило ее продолжить. – Я нашла лишь одну маленькую карточку в вещах матери после ее смерти.