В обычные дни по вечерам Джун занималась переводами. В предзакатные часы ее работоспособность почему-то начинала набирать обороты, а в девять-десять часов достигала апогея.

Но сегодня был не обычный день. Со вчерашней ночи в жизни Джун все как будто перевернулось с ног на голову.

— Вечером? — переспросила она, стараясь говорить спокойно и безмятежно. — Пожалуй, вечером я буду свободна.

— Чудесно! — воскликнул Серж обрадованно. — Только о времени давай договоримся позднее.

Мне надо покончить с делами и кое-куда съездить. Я перезвоню тебе часов в семь, идет?

— Идет, — ответила Джун, едва не подпрыгивая на месте от радости.

Его семидесятисемилетний дед жил в восточной части Монреаля, в конце улицы Сен-Доминик. Еще год назад Серж предложил подыскать ему дом поприличнее в каком-нибудь другом, более спокойном районе города. Но упрямый старик напрочь отказался переезжать с насиженного места.

Серж приехал к нему в этот вечер около половины шестого — привез лекарства, кое-что из продуктов и блок любимых сигарет. С полчаса они разговаривали, затем Серж засобирался уходить.

— Посидел бы еще. Только явился и уже бежишь! — проворчал дед с укоризной.

— Честное слово, не могу! — Серж решительно поднялся с видавшего виды кресла и развел руками.

Дед прищурил синие старческие глаза.

— На свидание небось торопишься?

Серж заулыбался, представляя Джун, ожидающую в своей уютной, со вкусом обставленной квартире его звонка.

— Угадал, дед. На свидание.

— Красивая? — полюбопытствовал старик.

— Очень.

— Ну что ж, тогда беги. — По бледным морщинистым губам деда пробежала тень улыбки.

На мгновение он о чем-то задумался, быть может, вспомнил о собственных любовных похождениях. — Беги, беги. Дело молодое.

Серж пожал его высохшую, но все еще крепкую руку и вышел на улицу, к оставленному у фонарного столба на обочине дороги «саабу».