— Угу.

— Нет, ты всерьез задумайся над моими словами! — горячо воскликнула Элен. — Я беспокоюсь о тебе, а не просто сотрясаю воздух!

— Знаю, — устало отозвалась Джун.

— Не садись за компьютер ни сегодня, ни завтра, — строго велела подруга. — Сходи с утра в парк или на стадион. А вечером Оливия предлагает поехать в боулинг-клуб. Все поняла?

— Все, — послушно ответила Джун.

Положив трубку, она прижала ладони к пылающим щекам и разрыдалась. Проплакав с полчаса, но не почувствовав и капли облегчения, Джун вскочила и выбежала из комнаты.

Ее сердце сдавливала чудовищная тоска, от которой безумно хотелось избавиться. Она направилась в кухню, достала из холодильника бутылку с недопитым накануне шампанским, наполнила бокал и сделала несколько глотков.

На большее ее не хватило.

Джун опустилась на стул в ожидании спасительного облегчения и уставилась в одну точку.

Вскоре ее внимание привлекло появившееся на пороге белое пятно.

Люси. Своей маленькой кошачьей душой она как будто чувствовала, что хозяйке плохо, и старалась вести себя как можно тише, даже еды не требовала.

— Солнышко мое! — Джун вскочила и полезла в холодильник за колбасой. — Я помешалась на своей идиотской любви, о тебе совсем забыла. Прости!

Люси торопливо подбежала к ней и потерлась боком о ее ногу.

Джун отрезала кругляш колбасы, разделила на несколько частей и положила в кошачью миску. Люси с удовольствием, приступила к ужину.

— Мне бы твой аппетит, — с завистью пробормотала Джун, ощущая подступившую к горлу тошноту. — Наверное, зря я выпила шампанского, ведь я почти ничего не ела сегодня…

Спустя пару минут ее вырвало. Тошнота прошла, а невыносимая боль лишь усилилась. Ей казалось, что в ней прожгли огромную дыру и эта дыра уже никогда не затянется.