Отечественной войны представляет собой сложный, многогранный процесс, включающий в себя множество различных, зачастую противоречивых, тенденций. Реальная картина подготовки Советского

Союза к войне столь же непохожа на черно-белые суворовские плакаты, как и жизнь советского общества времен развитого социализма на представления тупого янки о пьяных медведях в ушанках, шатающихся по улицам русских городов. Виктор Суворов намеренно замалчивает многоплановость жизни советского (а впрочем, и любого) общества и государства. В частности, он просит читателей считать, что за тридцать лет существования СССР политика страны формировалась не в условиях борьбы интересов, властных группировок и мнений, не в условиях кардинального изменения политической и экономической ситуации в стране и во всем мире, глубоких преобразований социальной структуры общества, научного и технического прогресса многих отраслей производства, а представляла собой строгую прямую, нацеленную на завоевание мирового господства, да еще и максимально аморальным способом. Между фашистской Германией и СССР ставится не просто знак равенства. Резун упрямо твердит, что мы – хуже фашистов.

Необходимо отметить, что, говоря о фашизме, совершенно неверно подразумевать под этим понятием только режимы Гитлера и Муссолини.

Хотя на Западе не очень принято об этом говорить, но в 1930-е годы фашистские и околофашистские идеи имели большое хождение и в таких

"традиционно" демократических странах как Франция, Великобритания,

США. Забытыми остаются и "Французское действие", движение Мосли в

Англии и американские "Рубашки хаки" и "Стражи Республики". Да и правительства этих стран, вовсе не будучи фашистскими, по антигуманности своих действий подчас нисколько не уступали Гитлеру,