— Я не была уверена, что он — тот человек.

— О чем ты? Ничего не понимаю.

Лиза тяжело вздохнула.

— Помнишь, я рассказывала тебе, почему никогда не плаваю?

— Конечно, помню. С тобой произошел несчастный случай. С тех пор ты боишься воды. Я все же считаю, что постепенно ты смогла бы преодолеть свой страх.

— Да, да, — перебила его Лиза. Они неоднократно говорили об этом, но он никогда не пытался заставить ее снова заняться плаванием. — Я говорила тебе, что тогда кто-то спас меня. Это был Максим Фоллен.

Он уставился на нее, как на сумасшедшую.

— Он?

— Да, он… — Лиза хотела что-то добавить, но тут начались новости. — Сделай погромче.

Ей показалось, что прошла вечность, прежде чем диктор сообщил: «Спелеолог, принимавший участие в исследованиях одной из пиренейских пещер, потерявший там друга и сам тяжело пострадавший, в настоящее время находится в больнице с серьезными травмами. Вездеход, которым управлял Максим Фоллен, сорвался с заснеженной дороги и рухнул на лед горной реки. Это произошло в промежутке между вчерашним вечером и…

— Нет! — воскликнула Лиза, машинально прижимая ладони к лицу.

— …двенадцатью часами сего дня. Из-за сильной пурги машина была почти полностью засыпана снегом. Ее заметил проезжавший мимо водитель, который и сообщил спасателям». На экране побежали кадры: по заснеженному склону сотрудники службы спасения несут на носилках завернутого в одеяла человека. «Максим Фоллен был найден в бессознательном состоянии недалеко от места аварии. У него обморожения, сотрясение мозга, переохлаждение. Врачи из больницы Гриндельвальда пока не могут определенно сказать, имеются ли повреждения внутренних органов. А теперь мы переходим к парламентским дебатам, посвященным…»

— Он сказал, что все будет в порядке! — воскликнула Лиза, которую сотрясала неуемная дрожь. — У него были цепи на колесах. Он хорошо знал эту дорогу…