Лиза обняла ее за плечи, и обе заплакали. Эти слезы разрушили все перегородки, сблизив их так, будто они были давними подругами. Следующие несколько часов они провели вместе, по очереди выходя из палаты, чтобы освежиться или перекусить. И они все время разговаривали — то с Максимом, который по-прежнему лежал неподвижно, то друг с другом.

— Ты ведь давно его знаешь, правда? — спросила Лиза, не сводя глаз с Максима, чтобы не пропустить малейший признак его возвращения к жизни.

— Дольше, чем знала Жана, — улыбнулась Клара. — Макс нас и познакомил. Мы даже шутили, что Жан увел меня прямо у него из-под носа.

— Ты с ним встречалась?

— У нас были приятельские отношения. А с Жаном… Стоило нам впервые увидеть друг друга, и мы все поняли. — Голос ее дрогнул.

Лизу вдруг охватила злость. Стараясь не выдать своих чувств, она ровным голосом спросила:

— И Максим воспринял это спокойно?

— Жан здорово психовал по этому поводу, хоть я и сказала ему, что мы с Максом просто друзья. Макс очень разборчив насчет женщин. Мы не были любовниками — просто хорошими знакомыми. И еще я сказала Жану, что ему нет нужды воображать, будто он должен ради друга принести себя в жертву. Хотя Макс мне и нравился, но, встретив Жана, я поняла, что больше мне никто не нужен. И все же Жан устроил нам нечто вроде исповеди. Макс только посмеялся над ним и пожелал нам счастья. На нашей свадьбе он был шафером. — Клара провела ладонью по щеке Максима. — Ну же, Макс, возвращайся. — Она тяжело вздохнула и безвольно уронила руку.

— Дети беспокоятся, — сказала Клара, после того как в очередной раз позвонила домой. — Мне не хочется оставлять Макса, однако… — Она стояла над кроватью, кусая губы.

— А что бы тебе посоветовал он? — осторожно спросила Лиза, видя, как та разрывается между Максимом и детьми.

Клара благодарно посмотрела на нее.

— Он сказал бы: возвращайся домой, — признала она.