— Нет, — соврала она, с тяжелым чувством представив себе, как будет оскорблен Фриц, увидев все это на экране. — Это мое личное кольцо. Фоллен и я официально не обручены.

Лиза догадывалась, что лишь все усложнила. Умнее было бы промолчать.

— Прошу прощения, — пролепетала она. — Я должна идти. — Она торопливо прошмыгнула в здание и обнаружила, что вся дрожит.

Украдкой она сняла с пальца кольцо и спрятала его в сумочку. При виде кольца любому пришло бы в голову, что она обручена с Фолленом. Она оказалась в двусмысленном положении.

С чувством облегчения она вновь окунулась в тишину, царившую в отделении интенсивной терапии. Медсестра, пропустившая ее в палату, мельком заметила:

— Все по-прежнему.

Увидев Лизу, Клара дружелюбно улыбнулась. Откуда-то появился второй стул, и Лиза устало опустилась на него. Клара убрала со лба Максима слипшиеся волосы. Лиза про себя позавидовала тому, как непринужденно держится эта женщина.

— Там, у входа в больницу, люди с телевидения, — пробормотала она. — Кажется, я сказала им что-то не то.

Клара понимающе кивнула.

— Они всегда смонтируют так, что собственных слов не узнаешь. — Она снова обратилась к Максиму: — Дети передают тебе привет. Ох, это я уже говорила, верно? Я не могла взять их с собой. Побыстрее поправляйся, ждем тебя в гости. Договорились? Им не терпится узнать, что ты жив и здоров. — Она печально взглянула на Лизу. — Они не любят, когда я оставляю их одних. С тех пор, как погиб Жан, они сами не свои. Всего боятся. Разумеется, я не могла не навестить Макса. Но не могла и сказать им всей правды о том, насколько серьезно его положение, потому что… Боже, надеюсь, он выпутается. Я не переживу еще одной утраты. — Она прикрыла ладонью глаза.