— Обмо…ро…жение, — пробормотал он. — Так они сказали.
— Все будет в порядке. — Лиза положила ладонь ему на руку, ощутив мягкие волоски, покрывавшие кожу.
— Ты… ухаживала за мной. Они говорят, ты была здесь… неотлучно.
— У меня выдалось свободное время, — неуверенно сказала она и смущенно отвернулась. — Мне хотелось помочь.
— Я тебе… благодарен. — Он помолчал, тяжело дыша, затем добавил: — Только я… не совсем понимаю… Это должно быть… последствия… Лиза, я люблю тебя… Только… когда мы успели обручиться?
6
Я люблю тебя. Люблю тебя… Так он сказал?.. Лиза точно окаменела.
— Кто… кто сказал тебе, что мы обручены? — наконец пролепетала она.
— Все вокруг… только и говорят… о моей красавице-невесте, которая разбудила меня поцелуем. — Максим улыбнулся, и это тоже далось ему непросто. — Последнее, что я помню… это твой прощальный поцелуй. Потом все как во сне…
Сестра сказала, что надо поднять его настроение. И он признался, что любит ее. Как же теперь сказать ему, что никакого обручения не было?
— Жаль, что не могу подержать тебя за руку, — прошептал он и с гримасой отвращения покосился на свои забинтованные руки, которые лежали, точно чужие, на больничном одеяле.
Лиза проследила за его взглядом, и у нее защемило сердце.
— Ты… видела?.. — Он с трудом оторвал руки от одеяла, но в тот же миг бессильно уронил их. По тому, как заиграли желваки на его скулах, Лиза догадалась о его муках. — Отталкивающее зрелище.
— Максим, мне так… так жалко тебя.
— Я могу… их лишиться. Беда в том, что я уже однажды обморозил руки.
Лиза машинально кивнула. К горлу у нее подступил комок, и ей было трудно говорить.
— Уверена, что все обойдется, — выдавила она из себя.
— Если все же… это случится, — сквозь зубы процедил он, — можешь забыть… про обещание.