Те пять недель, которые Джоанна провела на острове следующим летом, отличались от предыдущего визита как день от ночи. По какому-то негласному соглашению они с Майклом заключили перемирие и больше не возвращались к издевательским выходкам, как в прошлый раз. Теперь пришло время узнать друг друга и подружиться. Они чуть ли не каждый день ходили вместе купаться, ездили на велосипедах по жарким и пустынным проселочным дорогам, брали лодку и катались по лагуне, искали раковины, готовили, читали, разговаривали особенно разговаривали! - сидя на крыльце до глубокой ночи, о литературе и астрономии, о музыке и политике.

И вскоре Джоанна стала чувствовать, что знает Майкла так хорошо, как никто, лучше даже, чем девушка, с которой он тогда встречался, - Банни Уилкокс. Пожив рядом с ним, Джоанна открыла серьезные стороны его натуры: Майкл был не только сердцеедом, как окрестила его мать, он также был очень умным и впечатлительным человеком, идеалистом, мечтателем. Тем летом Джоанна начала испытывать к нему глубокое уважение.

Однако, как бы ни были они близки, существовала тема, которой они никогда не касались. - личная жизнь. В своем городе она серьезно встречалась только с одним парнем - ее лучшим другом и преданным почитателем с четвертого класса Филом Ингаллсом. Ее отношения с Филом не заходили дальше нескольких невинных поцелуев во время прогулок. Ну а Майкл... У Джоанны было смутное подозрение, что он слал с Банни Уилкокс, а в прошлом году, может быть, и с другими своими приятельницами. Майкл со смехом ответил, что она все выдумывает, а потом даже рассердился и обвинил ее в том, что она путает его со своим отцом, но рассеять ее подозрения не смог.

Джоанна пыталась относиться к этому спокойно и зрело: в конце концов, Майклу двадцать один год, и в таком поведении нет ничего предосудительного. Но смириться с этим оказалось трудно. Майкл был самым привлекательным, умным и мужественным из всех, кого она встречала в своей жизни. И по ночам, когда за окном шумело море, она без сна лежала в кровати и думала, где он и что делает. Ее тело переполнялось такой глубокой и неизъяснимой жаждой чего-то, что в глазах появлялись слезы.