- Извините, сэр. Я позвоню Чалмеру.

- Одну минуту. Как, вы говорите, зовут управляющего Южным Банком?

- Мистер Поултон, сэр. Он очень расположен к нам, но вынужден следовать указаниям своих шефов.

Харви встал и надел шляпу.

- Я сам поговорю с ним.

Мистер Поултон весьма радушно принял единственного оставшегося в живых владельца фирмы, бывшего, к тому же, личностью незаурядной. Харви Гаррарда знали как чемпиона поло, гольфа и крокета, он занимал в Лондоне и на Ривьере очень высокое общественное положение. Его элегантный костюм, загорелое лицо, изысканные манеры создавали впечатление какого-то утонченного, экзотического существа, случайно оказавшегося в грязной маленькой комнате, где мистер Поултон обычно принимал своих клиентов.

- Рад видеть вас, мистер Гаррард. Очень жаль, что приходится говорить вам это, но дела вашей фирмы требуют серьезнейшего внимания. Мистер Эрмитейдж был умным человеком, но, как бы это сказать.., слишком оптимистичным. Ему явно не хватало твердой руки... Вы же держались в стороне от дел и ни во что не вмешивались.

- Мистер Поултон, давайте говорить прямо. Я ровным счетом ничего не смыслю в делах.

- При данных обстоятельствах это, пожалуй, ваше самое большое несчастье, сэр.

- Требование немедленно вернуться в Лондон застало меня врасплох. Сегодня утром я посетил наш торговый дом и, должен признаться, так ничего и не понял. Греторекс говорит, что вы настаиваете на немедленном погашении наших обязательств.

- К сожалению, это правда.

- Но нам крайне сложно собрать требуемую сумму за сорок восемь часов. Вы не первый день знаете нас, Поултон. Это несправедливо.

- Помилуйте, сэр! За последние полгода мы обсуждали это раз шесть с покойным мистером Эрмитейджем. Я постоянно напоминал ему о том, что директора банка решительно настаивают на сокращении дефицита.