- Кто вы такой, сэр, и почему вы вздумали пугать мою тетушку и горничную?

- Вампир, - пробормотала Бесс. - Я слышала о них, мэм. Они пьют кровь, бегите... Бегите, пока не поздно... Спасайтесь...

- Вампиров не существует, - заявила Имоджин, не удостаивая перепуганную девушку даже взглядом.

- Тогда привидение... Спасайтесь, мэм.

- Она права. - Горация потянула Имоджин за рукав. - Нам нужно уходить отсюда.

- Не будьте смешной. - Имоджин подошла поближе и уставилась на Маттиаса:

- Так что же, сэр? Что вы можете сказать? Не молчите, иначе я позову местного магистрата, и он закует вас в кандалы.

Маттиас медленным шагом направился к ней, не сводя взгляда с ее лица. Она не отступила. Более того, она подбоченилась и стала стучать носком полуботинка об пол.

Он пережил непонятное, но в то же время явное и волнующее чувство узнавания. Невероятно. Но когда он подошел к ней настолько близко, чтобы рассмотреть огромные, удивительно ясные голубовато-зеленые глаза - глаза цвета моря, окружавшего затерянный остров королевства Замар, он внезапно понял. По какой-то непонятной, необъяснимой причине она заставила его вспомнить Анизамару, легендарную замарскую богиню Дня, которая занимала ведущее место в фольклоре и искусстве древнего Замара. Она воплощала в себе тепло, жизнь, истину, энергию. По силе и мощи ей был равен лишь Замарис бог Ночи. Только Замарис мог укротить ее беспокойный дух.

- Добрый день, мадам. - Маттиас заставил себя отбросить несвоевременные мысли. Он наклонил голову:

- Я Колчестер.

- Колчестер? - Горация сделала еще шаг назад и прислонилась к стене. Она перевела взгляд на его волосы, сглотнула комок в горле. - Тот самый? Безжалостный Колчестер?

Маттиас знал, что она смотрит на снежно-белую прядь, которая резко контрастировала с его черной шевелюрой. Многие люди именно по ней узнавали его. Уже в течение четырех поколений белая прядь была отличительным признаком всех представителей его рода.