Казалось, он прочитал ее мысли, потому что сказал:

– Я еду к друзьям, они живут дальше по побережью. Вчера вечером моя машина сломалась, и на время ее ремонта я остановился в гостинице «Под гербом Тюдоров».

– Чорли, должно быть, показался вам скучноватым? – Тина украдкой бросила на него взгляд из-под длинных ресниц и поняла, что собеседник с любопытством ее рассматривает. Он принял вызов, и в глазах цвета морской волны засверкали веселые искорки.

– Ты сама находишь его тоскливым, а, детка? – чуть фамильярно парировал он.

– Полагаю, вы видите во мне глупую провинциалку, мечтающую попасть в большой город и прославиться в качестве фотомодели или телезвезды? – огрызнулась Тина, продолжив пикировку, хотя получилось это у нее не столько остроумно, сколько дерзко.

– Когда девушка смотрит на море и в ее взгляде запечатлена тоска, то я бы сказал, что она надеется увидеть за горизонтом нечто новое. Ею овладела какая-то мечта... может, о приключениях? – Он прищурился, защищая глаза от струи табачного дыма. – Я вырос в Корнуолле и тоже частенько приходил к морю, мечтая о путешествиях к далеким берегам.

Одного взгляда на него хватало, чтобы понять: этому человеку удалось претворить юношеские мечты в жизнь, но главная из них разбилась о скалы, и раны от рухнувших надежд все еще не заросли – они оставили след на его худом лице, поэтому трудно было определить, сколько ему лет. Его седина еще ни о чем не говорила: Тина не видела у тетушки Мод ни одного седого волоска, хотя жила с ней почти двадцать лет. Наверное, ему лет сорок. Во всяком случае, беседовать с приезжим было здорово. Он даже не пытался ее подцепить – напустить туману и пофлиртовать полчасика с симпатичной деревенской девчушкой, как часто делали другие туристы.