— Данмоу неплохо поработал, разве что немного перестарался. Разрез великоват, но, наверное, пуля была глубоко.

— Да, глубоко.

— Надеюсь, он промыл рану спиртом.

— Чем-то промывал, не знаю чем.

Фрит кивнул, копаясь в саквояже.

— Я оставлю вам порошок. Вечером снова прочистите рану, хорошенько просушите и посыпьте порошком. И хорошо бы сменить повязку.

Грейс озабоченно посмотрела на доктора.

— А вы сегодня больше не приедете? Просмотрели бы, как он. Вдруг у него начнется лихорадка?

— Если его состояние вдруг ухудшится, пошлете за мной. А завтра я приеду так или иначе. Лихорадки быть не должно, если только рана не воспалится.

Когда речь зашла о вознаграждении доктора, вмешался Мейберри:

— Вы не должны беспокоиться об этом, мисс Грейс. Без сомнений, все расходы возьмет на себя округ. Мы с доктором Фритом сами все решим. А пока я распоряжусь прочесать болото, хотя ставлю один к десяти, что те, кто это сделал, давно скрылись.

Грейс с готовностью поддержала бы разговор на эту тему, если бы доктор не вернулся к вопросу об уходе за раненым.

— Есть кое-что, чего даже миссис Лэмпорт не может сделать, ухаживая за мужчиной, — сказал Фрит, строго глядя на Грейс поверх пенсне.

То, что разговор об этом так или иначе зайдет, она успела сообразить раньше. Неизвестно было, заметил ли Фрит, что раненый полностью раздет, или он просто подумал, как и сама Грейс, о некоторых неизбежных процедурах, но она с радостью упредила его дальнейшие рассуждения на эту тему.

— Вы правы, — сказала она, несколько ошеломив доктора. — Я попрошу Мэб, чтобы сказала своему пасынку приходить сюда два раза в день.

Рубену Лэмпорту? — вмешался Мейберри. — Ну что ж, он парень вполне взрослый. Думаю, он справится, ведь ему наверняка придется поднимать больного. На вашем месте, мисс Грейс, я велел бы ему принести с собой свою бритву, а то больной и так уже зарос, а если его не побрить, потом будет трудно избавиться от щетины.