— Этой ведьме? — Нелла поспешно отошла на шаг назад. — Тут проклятие?

— Вряд ли, если взглянуть на эти руны. — Софи медленно подняла крышку и слегка нахмурилась. — Снова промасленная кожа! Тот, кто прятал это сюда, хотел, чтобы содержимое пребывало в целости как можно дольше. — Она взяла в руки длинный сверток и осторожно сняла покров. — Свиток!

Она осторожно развернула пергамент и внутри его нашла второй, поменьше.

— Написано кровью…

— Ох, миледи, кладите его поскорей обратно!

Но Софи просто положила ладонь на маленький свиток и закрыла глаза, и Нелла снова подошла поближе.

— Что видите?

— Морвин. Это имя той, что написала свиток. Морвин, сестра Роны.

— Ведьмы!

— Именно так. Не было чернил, — пробормотала она. — Вот почему она писала кровью. Морвин нечем было писать, а ей обязательно нужно было записать слова точь-в-точь, как их произносили.

Софи ощутила в себе могучий поток подсознательного, и на нее хлынули таящиеся в древнем пергаменте чувства и знания.

— Она пыталась остановить беду. Она в отчаянии, она боится за нас. Она молится, — прошептала Софи. — Она молится, молится беспрестанно, ночь за ночью, до конца жизни, погруженная в печаль и одиночество.

Софи быстро отняла руку. Сделала несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя.

— Но, миледи, это ведь не клад?

— Может, и клад. Бесценное сокровище — надежда, скрытая за пеленой отчаяния. Тогда понятно, почему на крышке написаны такие слова.

— А вы можете их прочесть?

— Могу, да не хотелось бы.

— Тогда и не читайте.

— Я должна. Нелла, я видела там слова «правда» и «спасение». Может быть, я узнаю правду — почему все женщины в моем роду умирали, как умерла бедная Морвин, печальная и такая одинокая! Я не стану читать вслух. — Софи начала читать, и ее глаза расширились, а душу охватил ужас. — Неужели Морвин могла такое написать? Она боялась этих слов. — Софи внимательно посмотрела на первый, большой свиток. — Ах, Боже!