— Что там такое?

— Боюсь, Рона заслужила свою злосчастную судьбу. Она любила Кьяра Маккорди, из клана Маккорди в Нохдаэде. Они стали любовниками, но он бросил ее, чтобы жениться на другой — женщине, у которой были деньги и земли. Он бросил ее, а она ждала ребенка.

— Такое случается сплошь да рядом. Похотливые мерзавцы! — пробормотала Нелла.

— И то правда. Рона страдала, и ее боль обратилась в жажду мщения. Наступила ночь, когда она прокляла всех Маккорди — всех, и будущие поколения тоже. Морвин пыталась ей помешать, но тщетно. Она боялась, что расплачиваться придется и роду Голтов, причем не менее жестоко, чем Маккорди, но на иной лад. Она записала проклятие еще раз и, поверь мне, Нелла, это страшные слова. Морвин надеялась, что кто-то из потомков найдет свитки и ему хватит умения и смелости, чтобы исправить то, что натворила Рона. Бог мой, именно это бедняжка Морвин пыталась сделать всю жизнь с помощью молитвы и целительных чар. Она записала проклятие именно так, как оно было произнесено, и еще раз через много лет, когда состарилась. Она оставила здесь свою книгу целительных чар и камни тоже. В книге написано, как пользоваться камнями.

Морвин думала, что проклятие Роны действует как «жало в боку». Женщины рода Голтов узнают любовь лишь для того, чтобы ее потерять. Видеть, как любовь умирает или ускользает, как вода сквозь пальцы. У них будут деньги и поместья, но этим не залечить ран их сердца, не согреться в холодную ночь. Они встретят смерть в одиночестве, так и не узнав, что значит быть любимой.

Уголком передника Софи утерла бегущие по щекам слезы.

— И она была права, Нелла. Видит Бог, она была права.