- Какой поздно, слушай! Буду ждать!
Ирина кивнула, загадочно улыбаясь, и направилась к двери. Васо судорожно облизнулся, глядя на её черные джинсы, туго обтягивающие бедра, а потом поспешил следом.
Они спустились по мраморной лестнице, застланной ковровой дорожкой, прошли мимо охранников, которые вытянулись "по струнке", вышли на улицу. Дождь прекратился, но над Москвой клубились грязные облака, готовые вот-вот окропить столицу холодной влагой, которой и так было много на улицах Москвы.
- Ирина, почему не хочешь, чтобы тебя охрана сопровождала? - спросил Хандалидзе. - Почему сама ездишь?
- Потому, что так хочу, - сказала Ирина, садясь за руль своего "Мерседеса". Пока, Васо. Мы все решили.
- Не все, Ирина, не все! - прокричал толстяк. - Я завтра буду ждать тебя, слушай!
"Мерседес" медленно отчалил от тротуара. Васо поднял руку, приветливо махая вслед отъезжающей машине. Откуда-то сбоку вышел коренастый парень в коричневой кожаной куртке, тоже махнул вслед "Мерседесу", а потом сказал:
- Классная баба, Василь Ларионыч.
- Это верно, - вздохнул Хандалидзе и вдруг встрепенулся.Слушай, почему так говоришь? Она - хозяйка фирмы! Ты кто такой, чтобы так говорить, а?
- Да я просто так... - пожал плечами парень.
- Ты, Федя, просто так - дурак, слушай! Иди, мой машину, чтобы чистая была, понял?
- Да она и так чистая.
- Чтобы ездила, понимаешь! - вскипел босс.
- Да она и ездит, - невозмутимо ответил Федя.
- Иди, слушай, иди отсюда! Надоел, понимаешь! - Васо махнул рукой и побежал в здание.
Федя пожал плечами и пошел к "БМВ", на котором он возил босса. Он знал, что Хандалидзе неравнодушен к этой красавице, новой хозяйке фирме, и хотел ему помочь. Но босс то откровенничал, сожалея о строгости Ирины, то злился и орал, что это его личное дело.
Холодный, сырой ветер поступал с тяжелыми, сизыми тучами так же, как писатель с неудачным текстом - рвал в клочья. И летели сизые клочья низко над землей, вдавливая огромный, сумрачный город в грязную землю, и в просветах между ними не было видно синего неба - только другие тучи.