Джил опустилась на кровать.

Хэл любил своих родных. С самого начала их знакомства он часто рассказывал о них с любовью и гордостью. И Джил догадалась, что семья — центр его существования. Так как у нее у самой родных не было, это стало одной из причин, по которой она влюбилась в него.

Джил закрыла глаза. Хэл не походил на брата, кузена или сестру. Он не был высокомерным, не хвалился деньгами, действительно ездил на метро и всей другой одежде предпочитал джинсы и футболки. Хэл зарабатывал на жизнь фотографией. Так же как Джил, он был творческой личностью, и она искренне верила в него, знала, что в один прекрасный день Хэл получит хорошие отзывы критики и это положит начало его карьере.

Внезапно все части головоломки начали складываться в единую картину. Хэл был совсем другим, не таким, как они. И не важно, что все они обожали его. Может, он уехал в Нью-Йорк от них, чтобы не испытывать на себе давление имени Шелдонов. Может, Хэл был паршивой овцой в их стаде?

Но тогда он должен был ссориться с ними. Однако Хэл очень хорошо скрывал внутреннее напряжение… до их последнего разговора.

Джил стало не по себе. Она обняла подушку, не желая следовать туда, куда вели ее мысли. В конце концов Хэл понял, что должен выбирать между ней и своей семьей. Джил заплакала.

Когда рыдания наконец прекратились, девушка повернулась на спину, уставилась в потолок и осознала, что никогда не узнает, как он решил бы эту дилемму. Джил горько пожалела о том, что приехала в Лондон.

Она безумно хотела, чтобы Хэл был жив, чтобы они снова оказались в Нью-Йорке, в самом разгаре их волшебной сказки. Потому что теперь стало ясно, что это была фальшивая волшебная сказка.

Но Джил до конца своих дней не забудет ее.

Уснуть Джил не смогла.