Сексуальное влечение — вещь непредсказуемая, бесконтрольная, зависящая от опасных химических реакций. Оно способно разрушить жизнь, и именно поэтому Мэриэл старалась поменьше заглядываться на мужчин, особенно на работе.

Несмотря на великолепный самоконтроль — на лице не дрогнул ни один мускул — ему так и не удалось скрыть чувственный порыв. А ведь Мэриэл сама вызвала подобную реакцию: она вела себя словно дешевая проститутка в баре для одиноких. За последние годы Мэриэл выработала строгие правила. И только что нарушила одно из самых главных: никогда не связываться с клиентом.

Ее встревожило, что одного взгляда совершенно незнакомого человека оказалось достаточно, чтобы она преступила невидимую границу.

Десмонд подал мужчине виски и вернулся в бар. В это время обычно царит затишье, и он сам обслуживает посетителей. Незаметным движением он включил кассету с Моцартом и тихо спросил:

— Ты этого парня знаешь?

Мэриэл отрицательно покачала головой.

— Никогда не встречала, — ответила она, отпив сразу полстакана, чтобы избавиться от внезапно появившейся сухости в горле.

— Похоже, он любитель рыжеволосых девушек с длинными ногами, — невозмутимо заметил Десмонд.

Подавив желание собрать в узел свои распущенные по плечам густые волосы, Мэриэл покрутила в руках стакан, изучая пузырьки, взлетавшие на поверхность прозрачной жидкости.

— Он гость, — пробормотала она.

Гости, как и клиенты, находились по другую сторону черты. Но Мэриэл только что зашла за эту черту. Все еще злясь на себя и на незнакомца, она поинтересовалась:

— Когда приезжают остальные члены делегации?