- Безусловно, именно так и будет! - сердито ответила мисс Тресильян, обидевшись за племянницу.

- О, только не стоит читать мне нотаций! - гневно воскликнул его светлость. - Вам не удастся провести меня и заставить поверить, будто вы в первый раз слышите, что мой кузен один из самых завидных женихов! Такой жених - гордость любой девушки.

Услышав эти оскорбительные слова, мисс Тресильян торопливо встала и сказала:

- Если хотите знать, то ваш кузен никогда не будет предметом гордости Люси! Можете мне поверить!

- Благодарю вас! - поклонился лорд Ивер. - Я услышал от вас заверения, за которыми приехал. Моя миссия выполнена и мне остается только откланяться... Ваш покорный слуга, мэм!

- Люси, - спокойно, но решительно обратилась к племяннице мисс Тресильян, - если твою гордость не задевает намек лорда Ивера на то, что мы раскинули сети на богатого жениха, то мне слышать такое очень неприятно! Я не прошу тебя окончательно отказаться от мыслей об Артуре. Я только говорю, что до тех пор, пока он не станет полностью сам себе хозяин, и ты тоже не подрастешь, я не разрешу ему приезжать в этот дом и не позволю тебе ездить туда, где будет существовать хоть малейшая возможность встретиться с ним.

Юная мисс Тресильян попыталась говорить спокойным беззаботным голосом:

- Дорогая тетя, вы собираетесь посадить меня под замок? Мне придется встречаться с Артуром на всех светских балах и у Олмэка* тоже!

______________

* Известные в Лондоне "публичные залы", основанные в 1764 г. В них устраивались балы, концерты и лекции.

- Я это понимаю, - кивнула тетя. - И ты прекрасно знаешь, что я не собираюсь ограничивать тебя во всем. Я придумала очень хороший план, который, по моему мнению, ты одобришь. Я даже уверена, что он тебе понравится, поскольку ты всегда хотела побывать за границей. Конечно, во времена этого ужасного Бонапарта поездки на континент были невозможны. Сейчас же, однако...