Артур не согласился со словами любимой и неуверенно заметил:

– К сожалению, все значительно сложнее. Дело в том, что лорд Ивер является моим опекуном. Я бы ни за что на свете не стал рисковать и вызывать его неудовольствие, но в данном случае у него совершенно неубедительные возражения. Ивер считает, что мы оба еще слишком молоды для того, чтобы жениться… или что-то в этом же духе! Его можно уговорить… Особенно в том случае, если я смогу ему сказать, что вы отнеслись к моему предложению благосклонно, мэм.

– Да, я отношусь к вашему предложению благосклонно, Артур, – подтвердила мисс Тресильян, – но я согласна с лордом Ивером. Вы действительно еще очень молоды. Надеюсь, вам известно, что это первый сезон Люси и…

– Как вы можете, тетя? – запротестовала Люси. – Вы, может, и начали регулярно вывозить меня в свет только в прошлом месяце, но вам же прекрасно известно, что я могла бы оказаться в городе еще в прошлом году, если бы тетя Клара не настояла, будто она очень плохо себя чувствует и не может оставаться одна. Мне уже девятнадцать, и в Бате я вела светскую жизнь почти целый год!

– Да, моя дорогая, но я только совсем недавно узнала, в каком неловком положении находится Артур. Я раньше даже понятия не имела, что у него есть опекун, не говоря уже…

– Нет, нет, мэм! – озабоченно прервал ее мистер Роуэли. – Сейчас, когда я уже достиг оговоренного в завещании возраста, Ивер перестал быть моим опекуном. Теперь он только попечитель! Он не имеет права помешать мне жениться, он вообще не обладает надо мной никакой властью.

– Сдается мне, что если лорд Ивер перестанет выдавать деньги до тех пор, пока вам не исполнится двадцати пяти, то он обладает над вами большой властью, – сухо возразила мисс Тресильян.

По лицу мистера Роуэли пробежала легкая тревога, но он уверенно сказал:

– Он не сделает этого… я знаю, что не сделает! Люди считают Ивера тираном, но он всегда относился ко мне тепло и внимательно. Все эти годы он был самым добрым и заботливым из всех опекунов на свете… А знаете, ему страшно не хотелось становиться моим опекуном, поскольку мне было всего лишь восемь лет, когда умер мой отец, а ему самому в то время исполнилось только двадцать пять! Меня удивляет, что он не оставил меня расти в моем доме, так как я повсюду таскался за ним и постоянно докучал!