Обнимаю ее.

— Спасибо. Признаться, я тайно надеялась, что платье сошьешь мне именно ты, но еще не придумала, как тебя об этом попросить.

Мэгги пошлепывает меня по плечу, отстраняется, упирает руку в бок и важно заявляет:

— Скажи спасибо, что я такая догадливая и великодушная. Взяла и предложила свои услуги сама, избавила тебя от лишних мучений.

— Спасибо тебе! Сотню раз спасибо.

Мэгги живо поднимается с дивана, легкими быстрыми шагами, почти бегом, пересекает студию, останавливается у манекена в длинном шелковом платье, сосредоточенно на него смотрит и прикусывает губу.

— Верх можно сделать наподобие этого. А низ… — Она резко поворачивается ко мне и хмурясь внезапно спрашивает: — А почему ты такая унылая, а? Я бы на твоем месте плясала от счастья.

Краснею, будто тайком стянула с чужого стола конфету и вдруг обнаружила, что за мной наблюдают.

— Унылая? По-моему, нет. Может, растерянная или немного испуганная? Думаешь, это так просто: выскочила замуж и зажила как у Христа за пазухой? — Я говорю все более и более громко, не понимая, кого пытаюсь переубедить — Мэгги или саму себя. И в чем. — Нет, дорогая моя! Все гораздо серьезнее! Ведь ты соглашаешься создать семью, берешь на себя массу обязательств, взваливаешь на плечи целую гору ответственности. Мне предстоит стать хозяйкой дома, а в скором будущем, не исключено, и матерью. Что надо учитывать, чтобы быть хорошей женой? Как воспитать достойного человека? Ответов я пока не знаю. Представляешь себе, сколько в моей голове сомнений и вопросов?

Мэгги вскидывает руки, прося меня умолкнуть.

— Представляю, представляю. Раскричалась, аж в ушах звенит. — Она с преувеличенным усердием потирает свои аккуратные не прикрытые короткими волосами уши.

Я вздыхаю с облегчением: по-моему, провести Мэг удалось.