Мэгги останавливается лицом к заказчице, немного сдвигает брови и окидывает ее последним взглядом.

— На сегодня, пожалуй, все, Брет. В следующий раз заберешь готовый комплект.

Брет смотрит на себя в зеркало в полстены и с недовольным видом кивает.

— Что-то не так? — с язвинкой спрашивает Мэгги, прекрасно понимая, что клиентку расстраивают не трусики, а то, что придется уйти, не узнав, чем меня потчевал жених и как преподнес кольцо.

Она смущенно хихикает.

— Да нет, что ты… Ты всегда все делаешь так, в противном случае я не обратилась бы к тебе в пятый раз. Это я о другом… о своем.

Переодеваясь, она нарочно слишком долго копается, но мы с Мэгги перемигнулись и теперь ждем вместе, когда можно будет спокойно развалиться на мягком диване и продолжить разговор более свободно, в привычных для нас выражениях и сугубо дружеском тоне.

— У-ух! Наконец-то! — восклицает Мэгги, закрывая за Брет дверь и проводя по лбу рукой, будто он мокрый от пота после бесконечного рабочего дня в угольной шахте. — Любопытная, сил нет! У меня выспросила обо всем: Замужем ли? Встречаюсь ли с кем-нибудь? По любви или так, чтобы не умирать со скуки? Или, может, из-за выгоды? — Она быстро и суетно качает головой, как кошка, на которую случайно плеснули воды. — Да бог с ней! Скорей рассказывай! А то от нетерпения, я, честное слово, умру!

Смеясь сажусь на диван и скидываю туфли. Каблуки — несомненное украшение женских ног, но, черт, как же на них неудобно ходить!

— Хорошо. А ты свари кофейку. Я к тебе прямо с работы. День выдался — не приведи господь!

Мэгги с готовностью достает пакетик с молотым кофе и все поглядывает на меня с вопросом в глазах.