— Поцелуй под луной? — спросил он.

— Да ты оптимист, — улыбнулась она.

— Это часть моего обаяния.

— Удивительно, что я не замечала этого раньше.

— Чего? Моего оптимизма?

— Нет. Обаяния.

Джордан не смог сдержать озорной улыбки.

— Ага, так ты признаешь, что у меня есть обаяние.

Она скривила губы и подозрительно сощурила глаза.

— Это очень странно…

Джордан понял, что она вот-вот готова начать говорить на довольно опасную тему, которой ему полагалось избегать. Ему очень не хотелось думать о том, насколько он изменился с того последнего раза, когда она видела Джеффри.

— А давай-ка выпьем за нового вице-президента? — он поднял свой бокал.

— Кто же это будет, по-твоему? — спросила Эшли.

— Пусть это будет… Ну, тот, кто выиграет, — он коснулся бокалом ее бокала и сделал глоток через соломинку.

Вкус напитка вполне походил на вкус фруктового сока, однако, проглотив его, Джордан тут же ощутил пожар, пробежавший огнем в его желудок. Казалось, ему обожгло горло и внутренности.

Эшли закашляла, и слезы показались в ее блестящих глазах.

— Не думаю, что это была хорошая идея, — простонала она. — Для начала.

— Легкое начало — половина дела, — пошутил он.

— Да уж, определенно.

— Итак. За что будет следующий тост?

— Как насчет твоего дня рождения?

Джордан даже замер от удивления.

— Моего… что?

— Поздравляю! — и она подняла свой бокал.

Ее слова подействовали на Джордана как удар молнии, нет, хуже, они подействовали, как своего рода нокдаун. Ведь сегодня и правда был его день рождения.

Однако ирония состояла в том, что Эшли не могла этого знать.

Она, разумеется, говорит о дне рождения Джеффри.

И это значит…

Нет. Этого просто не может быть. Никогда!

Тут Джордан медленно потянулся за бумажником Джеффри.