– Да. Но нашел только Джо Хилла, – сказал он. – Он крайне растрогался и передал мне письмо от жены, в котором она сообщала, что ушла с другом и что нет смысла искать ее, потому что я никогда ее не найду.

– Но вы тем не менее попытались это сделать?

– В то время – нет. – Он облизнул свои толстые губы. – Добрый старик Джо представил меня еще одному своему партнеру – стройному темноволосому парню, очень немногословному. Тот сказал, что знает, где может находиться моя жена и ее дружок, и спросил меня, не хочу ли я проехаться с ними.

– В то время мой отец еще был доверчивым человеком, – вставила дочь, – и согласился поехать.

– Это оказалось чуть ли не на краю света, – продолжал Бейли. – Маленькая хижина, затерянная в пустыне, не менее чем в ста милях от Лас-Вегаса. И не успели войти мы в хижину, как они сразу набросились на меня. Обобрали до нитки в буквальном смысле этого слова. Потом притащили из машины стальную цепь, на которой с обеих сторон были наручники, один конец они прикрепили к стальному стержню на веранде, а другой – к моей ноге. После этого они помахали мне ручкой и укатили, не оставив даже еды и питья. Я подумал, что они просто оставили меня там подыхать с голоду, но ошибся. Через два дня они появились снова.

– Отец всегда любит подчеркивать в людях их гуманную сторону, – добавила Вирджиния Бейли.

– Приехали они на двух машинах. Машина, взятая напрокат, предназначалась для меня. Они даже вернули мне одежду. Но сказали, что свою жену я больше никогда не увижу. Она безумно втюрилась в своего нового любовника, который на двадцать лет моложе меня и, естественно, не такой импотент. Они также добавили, что, с моей стороны, будет глупостью искать Пэтти или причинять кому-либо неприятности. А потом сунули мне целую кипу фотографий и сказали, что когда я буду особенно остро ощущать потерю жены, надо будет только взглянуть на эти фото. – Бейли допил свой бокал и поставил его на стойку. – Может быть, ты расскажешь ему об этих фото, дорогая? – обратился он к дочери.