Уже нет рядом Себастьяна, погиб невинный, никому не причинивший зла ребенок, и все ради чьего-то призрачного желания навязать свою волю другим. Как жаль, что она никогда не сможет отомстить тому, кто развязал эту жестокую кровавую войну. Натравил людей, веками живших бок о бок, друг на друга. Принудил их проливать чужую кровь только для того, чтобы заработать очередные миллионы и миллиарды. Да, ей пришлось убивать! Но не она развязала войну! Она только мстила убийцам за смерть мужа, за сына, убитого кем-то, даже не задумывавшимся, что произойдет после того, как его рука нажмет кнопку бомбосбрасывателя. Всего одно движение, почти никаких усилий – и сотни людей, живых, красивых, счастливых, превратятся в кровавое месиво, иссеченное осколками, обожженное пламенем чудовищного взрыва. Умное оружие! Как же! Каким диким и безжалостным зверем нужно быть, чтобы не только бездумно нажать проклятую кнопку, а придумать, сделать, загрузить самолет, который тоже создан с единственной целью – убивать! Миллионы людей тупо, бездумно делают бомбы и ракеты только для того, чтобы заработать побольше денег. Они не дают себе труда задуматься, что станет с ними, когда такая же бомба упадет на их дом. Когда в адском пламени испарится живая человеческая душа. Когда тело любимой женщины, разорванное осколками, будет истекать горячей пузырящейся кровью, и никто не придет ей на помощь!

Да, она стреляла! Точно и быстро! Всегда поражая цель! Но с единственным желанием остановить тех, кто пришел убивать, насиловать, истязать, сдирать с живых кожу, колоть штыками, а после фотографироваться на фоне растерзанных тел женщин и детей. Она, как могла, защищала жизнь! Да, она сеяла смерть, но с единственной целью – спасти живых, а еще – отомстить! Отомстить за тех, кого уже потеряла на этой безумной войне!

Сжатые в кулаки пальцы заныли. Жанна медленно обвела взглядом долину и, стряхнув прилипший к ногам песок и комочки желтой глины, торопливо натянула джинсы. Хорошо, что ее здесь никто не видит! Можно не держать лицо и поплакать. Кроссовки снова негромко зашлепали по убегающей вверх тропе. Лес шумел кронами. Тучи понемногу растягивало, время от времени стало проглядывать солнце. В его лучах засияли неброские лесные цветы. Тропинка слилась с песчаной дорогой, а Жанна просто шла, погруженная в свои мысли.