- Шевелись! - приказала она себе. - Что толку сидеть здесь и плакаться? Ты собиралась избавиться от Патрика. И ты собиралась ехать в Испанию завтра. Бог в помощь.

У отчима был замок в горах Испании. Удивительно красивый, уединенный, он вызывал у Алексис самые разные воспоминания. Обычно она избегала общества музыкальной элиты, собиравшейся у Фреда, и ездила, туда одна, когда сезон заканчивался. Но в этот раз доверенная служанка взяла отпуск, чтобы навестить дочь, только что родившую ребенка, и Фреду нужен был надежный человек, который бы проследил за подготовкой дома к приему гостей и - что гораздо важнее - настройкой роялей. По крайней мере так он ей сказал.

В общем, Алексис хоть и с нежеланием, но согласилась взять у него на квартире новую симфонию, а заодно целый список необходимых для приема гостей вещей и отвезти все это в Испанию на его «ренджровере».

Делая кофе, она спрашивала себя, почему позволяет Фреду командовать собой. Но ответ был слишком прост. Когда она не могла работать из-за сломанного запястья, Фред заявился к ней по дороге из Нью-Йорка в Мюнхен, ввалился в ее квартирку и, пока Алексис наливала ему выпить, сгреб все неоплаченные счета.

- Эй!… - негодующе воскликнула Алексис. Но Фред отмахнулся:

- Расплатишься с гонорара. А пока не строй из себя дуреху, - сказал он резко. - Ты продолжаешь посещать уроки композиции?

Уроки давал Патрик.

- Нет, - спокойно ответила Алексис. Фред уставился на нее.

- Сломано только запястье, ты это понимаешь? Это еще не конец карьеры. Ты должна работать. Даже если не можешь выступать.

- Я работаю дома, - произнесла она. Это была явная ложь. Она не бралась за нотную бумагу с того дня, как показала Патрику сочинение для шелдоновского конкурса. Раньше у нее было столько идей!… А теперь они все как будто испарились.

Фред посмотрел на нее, сузив глаза. Но сказал только:

- Жизнь продолжается, да будет тебе известно.