Пожалуй, исчадьем ада его называют заслуженно, усмехнулась про себя Алексис.

- Каким образом? Он хмыкнул.

- Засунул обоих под душ и остался при фотоаппарате, - с удовлетворением ответил он.

Алексис подавила новый непрошеный смешок.

- Обоих? Но как?

- Сперва накинул на них полотенце. А потом толканул обоих одним тычком. Осталось только открыть краны и выйти, - холодно пояснил он.

Алексис боролась за свое справедливое негодование.

- Это была бессмысленная жестокость, - строго заявила она.

Он осклабился.

- Фотоаппарат не намок. Я даже отошлю его обратно. Без пленки, конечно.

Она медленно покачала головой. Это ли тот холодный, жесткий мужчина, с которым она скрестила шпаги на приеме у Шейлы? Сейчас она начинала чувствовать его легендарный шарм.

Немедленно сработала система безопасности. Мало тебе шарма? У Патрика тоже имелся. И что тебе это дало? Восемь лет, потраченные зря, и горькие разочарования.

Она выпрямила спину и отвела взгляд от чертиков, плясавших в карих глазах.

- И ты серьезно уверяешь меня, что они преследовали тебя на приеме у Шейлы? Полотенца они захватили?

Чертики исчезли. Не успела она договорить, как к нему вернулись жесткость и злость.

- Насколько я понимаю, - заявил он, - Шейла их и пригласила. Она могла не знать о том, что произошло этим вечером. А может, она все это и устроила.

Алексис была поражена и не сразу сумела скрыть свою реакцию.

- Шейла - профессионал, - сказал Майкл, - и играет грубо. Честно говоря, ничего другого я и не ожидал.

- Выходит…

- Но я отвечаю тем же. И я сыт по горло скандальными заголовками. Если она хочет подписать договор с Майклом Слейном…

- Исчадьем ада, - пробормотала Алексис.

- … мужчиной, с которым вам не следует оставлять свою дочь… Как ты сказала?

- Исчадье ада, - с готовностью повторила она. - По-моему, удачное определение.