—    Я сегодня же сделаю запрос в Москву, — то­ропливо сказал он. — У меня друг в ГАИ. Он все выяснит так, что об этом никто не узнает.

—    А как ты с Зиной познакомился? — тихо спросил Волошин.

—    После армии — я во внутренних войсках слу­жил, в группе захвата. Когда демобилизовался, при­ехал к бабушке в Саратов, прописался там. А куда работать идти, не знал. Вот мне и предложили в милицию. А во время службы я видел уголовников, убийц, насильников и прочую сволочь. И, даже не раздумывая, согласился. Меня отправили в школу ми­лиции. Получил лейтенанта, вернулся. И как-то на дискотеке и. встретил Зинку, —видимо, осознав, что говорит об убитой девушке, которую любил, горько улыбнулся. — Она сначала не знала, что я работаю в милиции. Мы начали встречаться. Потом сказал ей. Думал, она поймет, что я делаю нужное и опасное дело. Но нет, — Валерий усмехнулся. — В общем, поссорились мы. Правда, потом, совсем недавно, по­мирились. Она мне условие поставила: хочешь, чтобы я с тобой была, уходи из милиции. И я ушел бы, потому что другой такой, как Зина, больше не встре­тил бы.

—    Это точно, — согласился Дмитрий. — Как го­ворится, во все щели свой нос совала. Я ей гово­рил — оторвут тебе его как-нибудь. Все смеялась. Обещала нарожать мне внуков, — с доброй улыбкой закончил он. И вдруг, осознав, что все это только воспоминания, замычал и уткнулся лицом в стол.

—    Я прошу вас, —Валерий взял бутылку, — не пейте.

—    Поставь! — заорал Волошин. — Или ты меня, может, на сутки или в вытрезвитель как алкаша загре­бешь?! Мент поганый! — вспомнив слышанную где- то фразу, он вызывающе уставился на парня. — Забе­ри меня! За оскорбление. Сволочь! — словно отдав все силы вспышке злости, снова бессильно ткнулся лицом в руки.