— Слушай, ты их не упустишь?

— Не беспокойся, эти кляксы никуда не спешат.

Темные Охотники прозвали даймонов «кляксами» за черные пятна на груди. Такое пятно появлялось у каждого даймона, когда он переходил грань и превращался из обычного аполлита в безжалостного убийцу, питающегося чужими душами.

— Черт, я хотел всего-навсего выпить кофе! — Бросив тоскливый взгляд на свой несостоявшийся ужин, Тейлон принялся взвешивать приоритеты: — Кофе... даймоны... или кофе... нет, все-таки даймоны...

— Лучше бы ты выбрал даймонов.

— Знаю. Но кофе

Вульф прищелкнул языком.

— Вот узнает Ашерон, чем ты занимался вместо того, чтобы защищать человечество, — он из тебя самого кофе сварит!

— Знаю, знаю, — тяжело вздохнул Тейлон. — Ладно, пойду вышибу из них дух. Поболтаем позже.

Тейлон встал, сунул мобильник в карман косухи и бросил последний тоскливый взгляд на блинчики.

Ну, даймоны, вы мне за это заплатите!

Торопливо глотнув обжигающий кофе, он протиснулся между столиками и выбежал на улицу — вслед за вампирами, неспешно шагающими к Церковному дому.

Тейлон обошел площадь с другой стороны и притаился, включив на полную мощность все свои чувства — и естественные, и сверхъестественные. Даймонам не уйти. Сейчас получат по полной программе. Узнают, что бывает с теми, кто ворует человеческие души!

И отрывает Темного Охотника от кофе с цикорием.