Энергичный американец обратился к одному из сержантов из отдела Уэстона.

— Обыщите весь дом, а особенно меня интересует комната Теннера. Переройте там все. Ищите патроны, любые другие улики, которые могут указать на его связь с этим преступлением. И еще ищите завещание мистера Декадона. Проверьте камины, любые другие места, где его могли уничтожить.

Когда тело унесли, и страшные следы преступления убрали, Терри позвал Лесли. Она еще не пришла в себя от пережитого: лицо было бледным, губы подрагивали.

— Идите домой, моя милая. Я отправлю с вами полицейского — уже слишком поздно. А завтра утром приходите сюда в обычное время. Мне надо вас о многом спросить. Очень сожалею, но вам придется пережить это.

— Бедный мистер Декадон! — Голос Лесли дрожал.

— Не надо, не надо, — успокаивающе произнес инспектор и несмело положил руку на плечо девушки.

Она не возмутилась, и Терри пережил единственное за весь вечер счастливое мгновение.

— Сейчас вам надо обо всем позабыть, а завтра, когда успокоитесь, мы поговорим. Единственное, что мне хотелось бы знать сейчас — вы слышали, как Теннер разговаривал в библиотеке и в какое время?

Лесли помнила точно, и ее слова соответствовали тому, что рассказал Теннер.

— А чьи голоса слышали непосредственно перед выстрелами?

— Только мистера Декадона.

— Щелчки — это, по-видимому, звук запирающихся дверей в библиотеку и в коридор?

Девушка кивнула.

— Сначала в вашей двери? То есть в той, которая выходит в коридор? Затем в библиотеку? Значит, можно предположить, кто-то прошел по коридору, запер вначале вашу дверь, вошел в библиотеку и затем запер дверь между библиотекой и кабинетом?

Лесли снова кивнула.

— Думаю, да, — измученно произнесла она.

Терри взял девушку за руку.

— Хватит на сегодня. Идите домой, ложитесь спать, и пусть вам снится любой, кто по душе, желательно я.