И теперь они добрых полчаса сидели в желтой гостиной, а хозяин дома все не появлялся. Джейн от скуки разглядывала все вокруг. И сразу заметила, что этой гостиной давным-давно никто не пользовался – или, точнее, в этой гостиной никто не прибирал. Да, все предметы были расставлены и разложены в безупречном порядке, но кругом лежала пыль, а под потолком, в углах и над тяжелыми парчовыми занавесями, висела паутина. Стены были обиты поблекшим старым Дамаском, золоченым, вульгарным. Потолок был густо расписан; там, на фоне голубого неба, среди пухлых облаков, резвились нимфы, херувимы и бог знает кто еще. Вообще вся гостиная являла собой «образец» дурного вкуса. Матильда сидела, невозмутимо выпрямившись, и прихлебывала чай; она также проглотила одну за другой три пышки. Джейн к чаю едва притронулась, он показался ей ужасно невкусным. Кроме того, она, как и ее мать, предпочитала кофе. Что же касается пышек, то она никогда их не ела.

Джейн, услышав приближающиеся шаги, уставилась на дверь, которая резко распахнулась. И в то же мгновение взгляд девушки встретился со взглядом графа.

Ее сердце на мгновение остановилось. Она вздрогнула.

Поначалу она заметила лишь блестящие иссиня-черные волосы и широкие плечи. А потом пристально посмотрела в холодные серебристые глаза и не увидела даже малейшего признака доброжелательности. Граф, казалось, заполнил собой всю гостиную, и в его внешности Джейн почудилось что-то мрачное и угрожающее. Он был таким темным. Его кожа отливала бронзой, как тиковое дерево. И от этого его и без того светлые глаза казались еще светлее; они зловеще светились на резко очерченном лице с высокими скулами. И еще граф был таким огромным. Он был выше Тимоти, шире в плечах, и его узкие бедра выглядели очень сильными. Джейн, потрясенная, заметила вдруг, что на графе надета лишь тонкая льняная рубашка, небрежно заправленная в бриджи, что на нем нет ни жилета, ни сюртука, ни галстука и что даже рубашка его не застегнута как следует. Джейн прекрасно видела его крепкую, мускулистую грудь, поросшую темными волосиками. Светлые замшевые бриджи графа туго обтягивали стройные ноги и они были испачканы грязью и зеленью. И ботинки графа тоже были грязными. Можно было не сомневаться, что те следы на полу, которые Джейн видела в холле, были оставлены самим хозяином.