ПОЯВЛЯЕТСЯ ГРАФ ДЕ СЕН-ВИР

На следующий день вскоре после полудня Эйвон послал за своим пажом. Леон тотчас вошел и, преклонив колено, поцеловал руку герцога. Уокер неукоснительно исполнил все распоряжения своего господина: вчерашний чумазый оборвыш бесследно исчез, и перед герцогом явился безукоризненно чистый мальчик, чьи рыжие кудри были аккуратно зачесаны к затылку, а тоненькая фигура облачена в строгую черную одежду. Жабо из накрахмаленного муслина довершало его наряд.

Эйвон оглядел его с головы до ног.

- Так-так. Встань, Леон. Я намерен задать тебе несколько вопросов и хочу, чтобы ты отвечал правдиво. Ты понял?

Леон заложил руки за спину.

- Да, монсеньор.

- Для начала объясни, откуда ты знаешь мой родной язык?

Леон поглядел на него с изумлением.

- Монсеньор?

- Прошу, обойдись без бесхитростного удивления. Я не терплю дураков.

- Да, монсеньор. Я просто удивился тому, что это вам известно. Видите ли, это всего лишь харчевня.

- Мне казалось, что я не так уж туп, - холодно произнес Эйвон. - Но я не вижу ничего.

- Простите, монсеньор. Жан держит харчевню, и там часто останавливаются заезжие англичане. Не... не очень знатные, конечно.

- Ax, так! Ну а теперь ты можешь поведать свою историю. Начни со своей фамилии.

- Я Леон Боннар, монсеньор. Моей матерью была матушка Боннар, а отцом...

- ...был батюшка Боннар. Это не так уж невероятно. Где ты родился и когда скончались твои достойные родители?

- Я... я не знаю, монсеньор, где я родился. Но мне кажется, что не в Анжу.

- Весьма интересно, - заметил герцог. - Но избавь меня от перечисления мест, где ты не родился. Будь столь любезен.

Леон покраснел.

- Вы не поняли, монсеньор. Мои родители поселились в Анжу, когда я был грудным младенцем. У нас была ферма в Бассинкуре auprиs de Saumur*. И... и мы жили там, пока мои родители не умерли.