- Потому что, Хью, не в такие уж давние дни, когда... э... всем было известно, что благородный род Аластейров находится на грани разорения... да, Хью, даже когда я был настолько безумен, что надеялся вступить в брак с нынешней... э... леди Меривейл, я всегда проигрывал.

- Я видел, Джастин, как за один вечер ты выигрывал тысячи.

- И как проигрывал их на следующий же вечер. Затем, если помнишь, я уехал с тобой в... куда же это мы направились? Ах да! В Рим. Конечно же!

- Я помню.

Тонкие губы иронически изогнулись.

- Да. Я был... э... отвергнутым влюбленным с разбитым сердцем. По правилам мне следовало бы пустить себе пулю в лоб. Но возраст трагедий для меня уже миновал. Вместо этого я - со временем - отправился в Вену. И выиграл. Вот награда за порок, мой милый Хью.

Хью наклонил рюмку, следя, как заискрился огонек свечи в темном вине.

- Я слышал, - сказал он медленно, - что человек, у которого ты выиграл это состояние, молодой человек, Джастин...

- С безупречной репутацией...

- Да. Так вот этот молодой человек... как я слышал... действительно пустил себе пулю в лоб.

- Мой милый, тебя ввели в заблуждение. Его застрелили на дуэли. Награда за добродетель. Мораль, мне кажется, достаточно ясна?

- И ты приехал в Париж с огромным состоянием.

- Да, недурным. И купил этот дом.

- Вот именно. Я все думаю, как ты примирил с этим свою душу?

- У меня нет души, Хью. Мне казалось, ты это знаешь.

- Когда Дженнифер Бошан вышла за Энтони Меривейла, у тебя было весьма убедительное подобие души.

- Неужели? - Джастин посмотрел на него и усмехнулся.

Хью невозмутимо встретил его взгляд.

- И я все думаю, что для тебя теперь Дженнифер Бошан?

Джастин поднял белую руку.

- Дженнифер Меривейл, Хью. Она- напоминание о неудаче и припадке безумия.

- И все же ты так и не стал прежним. Джастин поднялся. Ирония теперь была очень заметной, превратилась в сарказм.