— Значит, вы хотите сказать, что даже при общении экспертов с экспертами необходимы эксперты? — спросила Беверли.

— Разумеется. В этом и заключается одна из причин моего назначения, — ответила Тейлор.

— На первый взгляд может показаться, что вы нужны Гаррисону Стоуну для того, чтобы манипулировать общественным сознанием, а не для того, чтобы держать общественность в курсе событий.

Тейлор ждала этого вопроса, поэтому была готова к ответу.

— Боюсь, вы недооцениваете американскую общественность, Беверли. Она не так легковерна, как вам кажется. И ей нужна информация, чтобы принимать разумные решения, — вот и все.

Заключительную часть передачи Тейлор слушала вполуха. «Интервью прошло успешно, — подумала она, — но слава Богу, что все позади. Когда Беверли Майлз пригласила ее в свою программу, Гаррисон настойчиво рекомендовал ей согласиться. В конце концов Тейлор дала согласие, хотя и предупредила, что может растеряться перед камерой. Ведь обычно ее место было за кадром. Но Гаррисон настаивал, уверяя, что людям понравится, если она будет отвечать на вопросы прямо у них на глазах. Тейлор вынуждена была признать его правоту. К тому же телевидение составляло часть ее работы, и чем скорее она начнет привыкать к ней, тем лучше.

Когда на экране замелькали титры с выражением благодарности участникам передачи, она встала и подошла к огромному окну, занимавшему всю стену ее офиса. На город опустилась ночь. В оконном стекле Тейлор увидела свое отражение, плывущее, как ей показалось, по морю мерцающих городских огней. У Тейлор были белокурые волосы и поразительные, янтарного цвета глаза, широко расставленные над высокими скулами. Улыбка, приподнимавшая уголки полных чувственных губ, говорила о присущем ей чувстве юмора. Узкая спина и длинные ноги имели безупречную форму. Движения Тейлор были легки и грациозны.