По рассказам Желтовской выходило, что её покойный супруг – чистый ангел, просветитель, образованнейший и благороднейший человек. Более такого на свете не сыскать, вот почему она не смогла пережить потери и вернулась в холодный Петербург. Но душа ее по-прежнему пребывала там, там, где упокоился супруг. Боровицкая все недоумевала, отчего кузина не осталась в семье мужа, увезла сына от польской родни? Но Александра только вздыхала. Она и дома прекрасно устроилась. К тому же сына надобно было выучить, пристроить, где еще лучше это сделать, как не в столице?

Боровицкие приняли самое живое участие в судьбе овдовевшей родственницы. Полина Карповна даже пыталась сватать Желтовскую, в надежде подыскать ей супруга наподобие собственного. Чтобы не книжки умные читал и рассуждал по-французски о высоких материях, а грубым голосом гонял всех домашних, немилосердно курил в комнатах, стряхивая пепел на ковры, распекал жену и детей. Словом, такого же супруга, как сам Боровицкий, чтобы ей, Полине Карповне, тоже не обидно было жить на свете. Однако Желтовская уклонялась от выгодных брачных предложений, храня верность незабвенному супругу. Александра Матвеевна не только помнила мужа, но и единственного своего сына Сережу воспитывала в духе либерального просветительства, без конца ставя в пример покойного родителя, его высокие идеи и благородный характер. Сережа вырос с именем отца на устах. Он почти не помнил его, но благодаря рассказам матери, казалось, почти не ощущал потери.

Послышались голоса. На веранде показался высокий плотный молодой человек с ярким румянцем на загорелом лице – сын хозяев. Следом Зина, Сережа. Последней вышла к столу гувернантка. Желтовская невольно дольше обычного вглядывалась в лицо девушки. Как иногда щедр Создатель! Какая дивная, неотразимая красота. В ней явно чувствовалась нега Востока. А какая фигура, тонкая талия, гибкая спина, высокая грудь. Просто виноградная лоза! Розалия. Воистину роза, прекрасный цветок!