Они вместе вошли в кухню, и тут ее голос внезапно задрожал, и она добавила: «...Мне было так же худо только, когда умерла моя мать».

Напряжение целого дня, тяжелое бремя быть спутником этой девчонки и чувство вины за то, что он знакомит это невинное создание с Джеком, который, как ни крути, личность явно криминальная, – все это привело к тому, что терпение Лунного Странника лопнуло.

– Принцесса, если это – худшее, что с тобой случалось, то ты отлично живешь. Что, наверное, папочка запретил тебе встречаться с мальчиком? И поэтому ты удрала из дома? – язвительно спросил он.

– Прекрати называть меня принцессой! – нижняя губа девочки задрожала. Почему ты говоришь это с такой ненавистью?

– Потому что ты так себя ведешь! Ты же самое беспомощное существо, которое я только встречал! Сдается мне, у тебя единственная мечта и единственная возможность прожить в этом мире – это... это... встретить принца, который увезет тебя из твоей прекрасной башни!

В ее взгляде появилась обида.

– Ну, тогда прости меня за то, что я еще живу!

Это был самый резкий ответ, который она смогла придумать, не имея опыта ни в спорах, ни в ссорах.

– Если я тебя так раздражаю, мы можем пойти каждый своей дорогой. Прямо сейчас.

Со стороны в эту минуту они, наверное, напоминали двух диких кошек – глаза прищурены, когти наружу. Казалось, что между ними того и гляди проскочит искра и ударит электрический разряд.

Лунный Странник уже совсем было собрался сказать ей что-нибудь обидное и даже открыл для этого рот, но тут же передумал. Спорить с ней не имело никакого смысла. Сомнительно, чтобы самые мрачные стороны жизни хоть чему-нибудь могли научить это наивное существо, и даже если бы у нее был весь его жизненный опыт, она и тогда, наверное, продолжала бы смотреть на мир сквозь розовые очки. Пожалуй, они разговаривали на разных языках.

Юноша отбросил волосы со лба и склонился над своим рюкзаком.