Услышав, как хлопнула входная дверь, Плам подскочила к окну и увидела, что Бриз садится в свой "Ламборгини". И тогда она позвонила Биллу Хоббсу. Ответа не было, а это означало, что после полудня ей придется отправиться в его мастерскую и оставить записку. Если, конечно, он все еще живет на Армада-роуд и не отошел от дел. Теперь Биллу, должно быть, уже под семьдесят, а он поговаривал о том, чтобы все бросить, еще тогда, когда Плам работала у него, пятнадцать лет назад.

Воспоминания Плам прервал телефонный звонок. Макс сообщал, что ему нравится установочный курс и он определенно решил стать гончаром, когда закончит учебу. А нельзя ли ему установить на Пасху гончарный круг в старой мастерской в подвале на Честер-террас? "Здорово, мама! Спасибо, надо бежать..."

Плам собралась было уже сделать заказ на краски у своего поставщика, но тут бешено зазвонил колокольчик и кто-то прокричал ее имя. Приехала Лулу. Поскольку Сандра отправилась за покупками, Плам пришлось открывать дверь самой.

Лулу бросилась к ней с объятиями.

- Я не привезла Вольфа, он простудился... О-о, какая чудная накидка. Можно я примерю? - Она подхватила со стула новую черную накидку Плам.

Лулу накидка была явно коротка.

- Ну разве не прелесть? - Лулу закружилась, сияя молодым задором, как в девичестве перед первым балом.

Плам посмотрела на ее пышные черные волосы, сиреневую юбку, бутылочного цвета сапоги.

- В этой накидке ты похожа на цыганку Дорелию с картины Аугустуса Джона, такой же романтический и полудикий вид. Оставь ее себе.

- Плам, ты ангел!.. У меня уже сто лет не было приличных вещей... И уж никогда не думала, что мне подойдет что-то из твоего... А ты уверена, что она не нужна тебе?

- Уверена, - солгала Плам. Лулу бросилась к зеркалу и накинула капюшон на свои густые черные волосы. От возбуждения и восторга лицо у нее порозовело, губы стали, как некогда, вишневыми, а светло-серые глаза под изогнутыми черными бровями вспыхнули ярким светом.