Темноволосый, широкоплечий, в черной шелковой накидке с капюшоном и полумаске-домино из черного бархата, он сделал всего один широкий и быстрый шаг, преградив дорогу приближавшемуся к Джессике здоровяку. Наклонившись к его уху, он произнес всего несколько коротких слов, но здоровяк остановился как вкопанный. На мгновение Джессике показалось, что сейчас начнется драка, поскольку человек-индюк сжал огромные кулаки. Казалось, даже перья на его маске воинственно встопорщились, но ничего не произошло. Благородный разбойник в черной полумаске небрежно — и вместе с тем властно — взмахнул рукой, и здоровяк, круто развернувшись, сердито затопал к бару, расталкивая гостей плечом.

Черная полумаска тем временем повернулась к Джессике. Взгляд незнакомца был пристальным, оценивающим, но его не прикрытые бархатом, красиво вылепленные губы скривились в улыбке, которая показалась Джессике неодобрительной.

Под этим взглядом Джессика невольно вспыхнула. На вечеринку она пришла без маски, но до последнего момента это ее ничуть не волновало. Кейл с самого начала предупредил ее, что они идут на обычную вечеринку, а не на костюмированный бал, и что маски, которые наденут некоторые приглашенные, являются просто данью традиции. В самом деле, гостей, которые пренебрегли этим обычаем, оказалось довольно много, и Джессика не испытывала никакой неловкости от того, что не закрыла лицо. Сейчас же она чувствовала себя так, словно явилась голой на симфонический концерт.

Сердито пожав плечами, Джессика резко повернулась спиной к залу и стала смотреть в окно. От резкого движения голова у нее закружилась, и она машинально подняла руку, коснувшись прохладного стекла.

Ей было жарко, и не только от смущения. В зале собралось столько людей, что кондиционеры не справлялись с поистине тропической жарой, да и спиртного она выпила немало. Кейл — вот предатель! — бросил ее на произвол судьбы, и Джессика, у которой не было здесь никаких знакомых, даже слегка растерялась.